Муравьи-комарики

* * *

муравьи-комарики
бегали-летали
мимо гениталий
разных конфессий
и разных профессий
искали дорогу
к Богу

 

* * *

Медсестра в санчасти
Из бинтов делает снасти:
"Выйду в море на лодке,
Выловлю жениха — купит мне колготки".
Вышла в море, ветер косы рвет,
Жених не клюет.

Замерзла, захотела обратно,
Снасти бросила. Страшно — еще не темно, но уже закатно.
На берег вышла, к дому засеменила.
Состарилась, а так никого и не полюбила.

 

* * *

Норка.
В норке Егорка.
У Егорки ветрянка,
У ветрянки Егорка.

Не выйти из норки — засмеют соседи,
Соседи — медведи.
У них своя каморка,
У них своя подлянка:
Старший попал в капкан —
Был пьян,
Не видал ни зги.
Хорошо, остались мозги:
Вырвался, до утра еле успел.
Жена забралась под стол — так ревел.

Но Егорке хуже —
У него ветрянка.
А ветрянке лучше —
У нее Егорка.

 

* * *

На море, у моря
Хорошо, голышо!
Лицом в гальку — хрясь!
Горячо, да ничо!
Поджариться кирпичом —
И в воду, к медузам,
Теперь кверху пузом.
Руки раскинуть —
Во как! мокро!

Картинка:
Пузатая льдинка
Тает, тает, сейчас растает,
Декламирует:
"Я бог, я бух, я буль,
Я буль, буль, буль…"

 

* * *

О Господе Боге подумал — и тут же взлетел.
И тихо лечу, никого на пути не встречая.

Но вижу:
белка внизу мчится по топким веткам,
как заяц;
заяц без устали скачет
серый,  как белка.

И с неба спускаюсь, себя за попытку ругая…
Но снова о Господе Боге подумал — и тут же взлетел.

 

* * *

Забежал на минутку,
запил таблетку
и побежал дальше,
все дальше, дальше,
все жить, жить.

 

* * *

Спина спит давно,
А страна не спит еще:
Одной рукой она производит,
Другой красоту наводит;
Пудрится, завивается,
Замуж за меня собирается.
А мне все равно,
А я сплю давно.

Хотя, с другой стороны
(это если перевернуть картинку),
Будет кому почесать мне спинку.

 

* * *

В "авоське" — молоко и сыр.
Нет, вместо молока — кефир.
Нет, лучше тв´орог.
Нет, твор´ог…

Зачем я вышел за порог?
Зачем отправился на рынок?
Я состою из половинок:
Одна — твор´ог, другая — сыр.
Нет, молоко. Да нет, кефир!

 

* * *

Севастополь. Херсонес. Девицы.
Море тычется в усатые глазницы,
затекает в мягенький пупок.

До чего улыбчива погода!
Мысль одна: о продолженье рода,
остальные выдул ветерок.

Море — чайкам, фабрики — рабочим,
мне — початок кукурузной ночи
с девушкой на этом берегу.

Молча с ней по зернышку раскусим.
Ночь темна, да мы, небось, не струсим.
"Любишь?" "Да. А ты меня?" "Угу."

 

* * *

Вижу небо, в небе
                      птичка серебрится.
Что у птички в клюве: червь или водица?
вечер или утро?
                      смех или рыданья?
Не ответит птичка.
                      Что же, до свиданья.

 

2000

© иван карамазов   

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *